Конец июня выдался очень насыщенным для мировой политики. Проходивший в Баварии 26-28 июня Саммит Большой семерки плавно переместился в Мадрид, где 28-30 июня прошла встреча на высшем уровне лидеров стран НАТО. Но им удалось привлечь лишь часть международного внимания, поскольку с гораздо большим интересом мир наблюдал за XIV саммитом БРИКС, состоявшимся несколькими днями ранее под председательством Китая.
На западных площадках царила атмосфера «уходящего праздника»: было сделано очень много бодрых групповых фото и громких заявлений. Нашлось даже место для шуток о торсе российского президента, что прозвучало особенно неуместно за высоким столом.
Если же говорить о конкретных решениях, то практически все они были популистскими. Приглашенный на саммит G7 премьер-министр Японии Кисида пообещал в два раза снизить стоимость российской нефти – смелое заявление от руководителя страны, которая экспортирует почти 100% энергоресурсов.
В Мадриде генеральный секретарь НАТО Столтенберг анонсировал решение увеличить контингент быстрого реагирования в Восточной Европе с 40 до 300 тыс. человек, что, по мнению военных обозревателей, в текущих экономических условиях является невыполнимой задачей.
Решение о присоединении Швеции и Финляндии к НАТО было принято задолго до Мадрида и российской СВО. Дефицит ресурсов в Европе будет только возрастать, поэтому ей жизненно необходимо расширить ареал присутствия в Арктике. Но даже в этом вопросе абсолютной победы не получилось. На пути светлого европейского арктического будущего встал президент Эрдоган, который получил в свое распоряжение еще один рычаг давления не европейцев.
Больше всего западных обозревателей возмущает то, как мало внимания лидеры «свободного мира» уделяют реальным проблемам Запада. Издание Politico сообщает, что западное общество устало от тематики Украины и борьбы с РФ. Только 8% американцев, согласно результатам недавнего опроса YouGov, считает важным «обеспечить поражение России на Украине», в то время как 38% считает приоритетной проблему инфляции.
Реальные цели сегодня евроатлантический мир и не ставит – его цель переиграть Путина медийно. Не случайно Борис Джонсон затронул тему «токсичной маскулинности» (термин, которым современный Запад пытается оправдать свою слабость и инертность). Она, по его мнению, стала причиной конфликта на Украине, а не проваленная за 8 лет посредническая дипломатия Европы.
На этом фоне не удивляет широкий интерес к саммиту БРИКС. Этот блок объединяет наиболее массивные экономики мира, генерирующие реальный продукт и способные дать новую резервную валюту. По итогам XIV саммита Аргентина и Иран подали заявки на вступление в БРИКС, и их сразу же поддержали Россия и Китай.
Так что БРИКС тоже становится «семеркой», причем, как отметило издание The Hill, уже в ближайшем будущем она может перехватить глобальную инициативу у США и их сателлитов. Потому что БРИКС в отличие от G7 – это не привилегированный, а открытый клуб стран, предлагающий не красивые картины безуглеродного будущего, а модели устойчивого развития.
Как верно выразился директор Американского института предпринимательства Кори Шейк, комментируя итоги G7, «мы (США и Европа) получили бы гораздо больше пользы, если бы хотя бы делали вид, что наши инициативы направлены на поощрение развития, а не на противодействие Китаю».
Иван Сидоров
